Россия — страна примитивного казнокрадства.
Часть I

По замыслу, первый цикл статей «Россия: прежде чем выздороветь, надо не умереть» излагает преимущественно диагноз и анализ фактических проблем России. И только во втором цикле статей — «Самоидентификация России» — предлагаются решения этих проблем.

Однако, анализируя проблему казнокрадства, мы предложим некоторые пути его минимизации уже в конце этой статьи.

Отойти от плана нас заставляет ужасающий факт.

Ежедневное расхищение российской казны в таких размерах — это не просто угроза национальной безопасности. Это отсутствие национальной безопасности.

Если бы в России национальная валюта была привязана к материальным богатствам страны, а не к эфемерному доллару США, то Россия была бы самодостаточной страной, а ее граждане — самыми обеспеченными в мире (в смысле, имели бы как полное удовлетворение законных потребностей физического тела, так и время на самореализацию и развитие души).

Откуда деньги? Да из казны. Но эта тема других статей.

Пока же отметим: Россия уже сегодня реально самодостаточная страна. Но уму не постижимое казнокрадство придушило, как оказалось, даже самое потенциально богатое государство в мире.

При этом только в России казнокрадство присутствует во всем своем многообразии:

·             Планомерное хищение бюджетных средств.

·             Антиобщественное государственное предпринимательство.

·             Всеохватывающее взяточничество.

·             Классическая коррупция.

Обо всем по порядку. Статья большая, но и форм казнокрадства множество, а не только всеми обсуждаемые шалости некоторых губернаторов и госпожи Васильевой.

Расхищение бюджета в России — церемония регулярная и повсеместная: и на федеральном, и на региональном, и на муниципальном уровне.

Крадут и «по пути поступления средств в бюджет», и «в процессе осваивания бюджета», и «путем утаивания средств». Воруют явно, примитивно, цинично.

Как результат в странах, с которыми Россия пытается конкурировать на мировой арене, бюджет составляет примерно 40–50% от ВВП.

В России — 20% ВВП.

Социальные последствия этого феномена: бесплатная квалифицированная медпомощь стала недоступной; пенсии и пособия таковы, что умереть не дают, но и жить не позволяют; уровень бесплатного образования гробит науку и технологическое развитие страны.

Основные причины скудости российского бюджета:

1)  Сокрытие государственными и частными корпорациями капитала — а значит, и налогов — за границей.

Основные воровские схемы примитивны и предусматривают реальную или фиктивную экспортно-импортную деятельность с очевидным занижением отпускных цен в процессе экспорта, завышением закупочных цен при импорте и искусственным завышением стоимости заемных средств (с откатом «за бугром»). При этом в России:

·             сырьевой сегмент рынка практически весь экспортный;

·             производственный и торговый (продукты питания, лекарства, потребительские товары) — импортоориентированный;

·             финансовый — офшорный.

То есть ежегодные объемы безвозвратного вывоза капитала превышают 4% ВВП (около 100 млрд долларов). В России только услуги населению — «внутренние» (но и здесь не без наличного бесчекового оборота).

2)  Обналичивание (денег).

Многочисленные схемы фиктивных (никчемных) сделок с целью уклонения среднего и малого бизнеса от уплаты налогов и получения наличных денежных средств, не отраженных в официальных бухгалтерских документах хозяйствующего субъекта, всем известны и уже хрестоматийны: использование фирм-«однодневок», мусорных банков, некоммерческих организаций, платежных терминалов и т.д. Оценочная ежегодная потеря бюджета от «обналички» — более 2% ВВП (примерно 50 млрд долларов).

3)  «Бюджетное правило» (размещение излишков нефтяных денег в ценных бумагах США и Евросоюза).

Сегодня оно потеряло свою актуальность, но серьезно истощило бюджет в еще недавние «тучные годы» и, боимся, будет продолжать выводить деньги из бюджета, как только нефть вернется к 60 долларам за барель.

Публичная причина введения «бюджетного правила» — создание резервов «на случай атомной войны». На радость Кудрину, «война» наступила, и резервы пригодились. Но, думаем, здесь наблюдается смешение причин и следствий.

Не вдаваясь в детали, отметим: основных причин введения «правила» как минимум две (и обе удручающие).

   I.                Казнокрадство.

Оно прямо недоказуемо, но четко подтверждается косвенными уликами. Разместить миллиарды долларов под десятые доли процента годовых (порой ниже инфляции того же доллара) можно либо за открытие постоянно пополняющихся личных счетов для людей, «принимающих решение» (за многомиллионную взятку), либо в горячечном многолетнем (ибо «воз и ныне там») болезненном бреду.

Глядя на придумавших это министров (сегодняшних и бывших) и не услышав за все годы ни одного вразумительного обоснования «правила», понимаем, что реалистичнее выглядят «многомиллионные взятки».

II.                Низкая профессиональная квалификация министров и прочих чиновников.

Она очевидна хотя бы потому, что министры не могут — или не хотят — найти «лежащие на поверхности» проекты для кредитного финансирования внутри страны. Например, вложение «излишков нефтяных денег» в разработку новых месторождений полезных ископаемых, строительство ГЭС и АЭС, автомобильных и железных дорог, доходных жилых домов (арендного жилья) и т.п. Приобретение — для золотовалютного резерва страны — драгоценных металлов и камней (по внутренним ценам за рубли).

Конечно, при разработках и строительстве будут воровать — но хотя бы объекты инфраструктуры все-таки появятся. И золото иногда падает в цене. Но, во-первых, ценные бумаги США уже минимально доходны (а некоторые из них — «мусорные облигации), и вектор их «стабилен» — синусоида. Во-вторых, весь мир целеустремленно наращивает — и будет наращивать — золотовалютные резервы.

Последствий «бюджетного правила» — минимум три (и все они опечаливающие):

·             Прямые ежегодные потери бюджета (доходность ценных бумаг США — низшая в мире).

·             Косвенные ежегодные потери бюджета за счет принуждения реального сектора экономики (в том числе его государственной составляющей) к высокопроцентному банковскому заимствованию.

·             Недофинансирование инфраструктурного оснащения реального сектора экономики.

Негативно «правило» влияет и на рублевую эмиссию, которая лукаво «завязана» на валютную выручку.

4)  Взяточничество.

О роли подкупа должностных лиц в процессе ограбления бюджета — ниже, ибо это отдельное сказание.

Обращаем внимание: вышеперечисленные недоимки бюджета — это только часть беды. Потому как после формирования сметы расходов и доходов бюджетные ассигнования — в процессе их освоения — существенно фильтруются и присваиваются социальным классом «чиновников всех уровней и «сросшихся» с ними депутатов и менеджеров госкорпораций…». Через отлаженную систему «откатов» исчезает минимум 10% «государственных обязательств».

Другая чисто российская казнокрадческая забава — и, может, ключевая причина скудости бюджета — воровство «в процессе управления государственной и муниципальной собственностью».

Этот вид казнокрадства, можно сказать, узаконен лукавым официальным определением государственной казны: «государственное имущество, не распределенное между государственными предприятиями и учреждениями и принадлежащее на праве собственности государству либо административно-территориальному образованию».

То есть казна включает в себя бесхозяйное имущество, а также неразработанные богатства недр, континентального шельфа и т.д.

Определение плутовское и воровское, потому что размножающиеся разгосударствленные и акционированные «государственные корпорации» — между  которыми как раз и распределены основное государственное имущество и богатства недр — лишают казну трудновообразимого дохода.

Внимание! Экономическая аксиома гласит: всю прибыль от предпринимательской деятельности (за вычетом обязательных платежей) получает собственник.

В соответствии с этой аксиомой субъекты «государственного предпринимательства» в лице госкорпораций, унитарных предприятий и смешанных компаний (в пределах доли госсобственности) обязаны всю прибыль отдавать обществу: в казну (и в бюджет). Хотя бы потому, что ресурсы, служащие для ведения государственной предпринимательской деятельности, — полезные ископаемые, водные, земельные, лесные, рыбные и финансовые ресурсы, средства производства, интеллектуальная собственность и недвижимость — принадлежат всем гражданам (обществу).

Несмотря на этот постулат, сегодня все государственные субъекты хозяйствования отдают в казну лишь часть прибыли (в форме налогов и дивидендов), а ее основная доля — под надзором «бескорыстных» представителей государства в советах директоров — остается в управлении наемных руководителей, которые беспланово распоряжаются ресурсами всех граждан России. Как показывает уголовно-процессуальный опыт, весьма персонифицированно.

В продолжение крупнейшей стратегической катастрофической ошибки «перестройки» — «второй модели хозрасчета» — государственные и муниципальные предприятия (коммерческие) не отдают собственнику (обществу) основную часть прибыли.

Все «национальное достояние» России — государственное имущество, выведенное из казны, — недоплачивает миллиарды в бюджет страны (по алфавиту): АЛРОСА, «Аэрофлот», ВТБ, «Газпром», Гознак, «Зарубежнефть», «Интер РАО ЕЭС», «Космическая связь», РЖД, «Росатом», «Роснано», «Роснефтегаз», «Роснефть», «Рособоронэкспорт», «Росспиртпром», «Ростелеком», «РусГидро», «Сбербанк», «Совкомфлот», «Транснефть», Уралвагонзавод… И вне алфавита — Банк России.

В муниципалитетах — со своей спецификой — такое же внебюджетное чиновничье предпринимательство. Бесчисленные «трасты» по управлению муниципальным имуществом с тотальным воровством за счет передачи — «на конкурсной основе» — подрядных работ компаниям «свояка», услуги которых «дорогие, но не качественные». Или продажи туда же «никому не нужной» земли и недвижимости.

Таким образом, ключевая проблема России — функционирование по законам рынка государственного и муниципального укладов. Как следствие:

·             Государственные и муниципальные предприятия (коммерческие) и банки не отдают прибыль собственнику (обществу) — в пропорции доли государственной или муниципальной собственности.

·             Счета госкорпораций, ГУП и МУП — в коммерческих банках, а не в соответствующих казначействах или, на худой конец, в государственных банках (хотя и это плохо, ибо эти банки — те же госкорпорации со всей их воровской инфраструктурой).

·             Покрыта тайной судьба прибыли ЦБ РФ, распоряжающегося общественными финансовыми ресурсами, чье место — бюджет (в том числе прибыли от «ставки рефинансирования» и тому подобных инструментов финансовой политики).

Вот уже 25 лет звучат — и внешне весьма убедительно — возражения популистов, типа «нельзя убивать развитие коммерческой структуры, лишая ее прибыли».

Но это не либеральный, а коррупционный подход.

Ибо ответ популистам очевиден: «При переводе всей прибыли в бюджет подайте план развития, а общество (граждане) в лице законодательных органов соответственного уровня их рассмотрит, утвердит и выделит средства в форме сметно-бюджетного финансирования или… бюджетного кредита».

И преимущественно «в форме бюджетного кредита», так как при бюджетном финансировании реального сектора экономики речь чаще всего идет о доходных субъектах хозяйствования. Непонятно, почему власть не задатся вопросом: «В чьих интересах субсидируются бюджетом — а не кредитуются — коммерческие стройки?». Ведь подавляющее число объектов будет эксплуатироваться не бюджетными учреждениями, а коммерческими частными и государственными компаниями.

Пусть возвращают деньги в бюджет.

Популистские лозунги о грядущей катастрофе при возврате к плановой экономике в госсекторе пресекаются экономической аксиомой «всю прибыль от предпринимательской деятельности получает собственник».

Для сектора государственного (и муниципального) предпринимательства это как раз и означает плановую экономику. Аксиома!

Другое дело, что плановая (рекомендательная) экономика, в которой нуждается современная Россия, конечно, не должна стать планово-командной экономикой Советского Союза. Так не волнуйтесь — она себя изжила еще в конце 60-х прошлого века. И все это понимают.

Бич России — взятки: подкуп должностных — и не очень — лиц.

Ставшее «бытовым» взяткодательство наносит не только нравственный ущерб, но и грабит бюджет, не доводя до него таможенные и налоговые платежи, штрафы за гражданско-правовые, противопожарные, санэпидемические, ветеринарные и прочие нарушения, штрафы за подпольное (цеховое) производство и нелицензионную деятельность, за нелегальное распространение контента и бесчековую торговлю…

На этом теневом рынке оборачиваются сотни миллиардов в долларовом исчислении.

Но, как это ни прискорбно осознавать, подкупы не самая вредоносная из существующих казнокрадческих схем. Сегодня взяточничество несет и конструктивный характер, являясь одним из способов — часто основным — управления народно-хозяйственным комплексом.

Российские реалии показали, что взядкодательство — это «постсоветская» форма экономических отношений, а его минимизация существенно ослабит вертикаль власти.

По факту профнепригодные чиновники решают судьбы чужой собственности (управляют ею). И у них нет другого выхода, как визировать решения взяткодателей — с надеждой, что если те платят деньги, то не будут предлагать плохого ни для себя, ни для собственного бизнеса, ни для экономики страны и региона. По крайней мере, в страхе перед налоговыми и силовыми структурами.

Ошибка в том, что налоговые и силовые структуры взяткоориентированы не менее чиновников, а потому экономика страны и регионов никого не волнует.

Сегодня борьба со взятками может носить лишь имитационный характер. И хотя народ раздражает «вечная проблема» Руси, но, убрав взяточничество, придется искать «новых»:

·             «76%» таможенников, налоговых, пожарных и санитарных инспекторов, полицейских, сотрудников миграционных служб и других «надзоров»;

·             «75%» чиновников, депутатов, судей, прокуроров, управляющих госкорпораций и госучреждений;

·             сотни и сотни тысяч работников государственной нематериальной сферы производства — преподавателей вузов и учителей школ, медработников, аудиторов, судебных исполнителей…

Если мы кого обидели, то просим обратить внимание, что нигде не использовали цифру «100%»

Россия — страна не классической коррупции, а примитивного казнокрадства.Часть II

А теперь наконец поговорим о коррупции. О классической коррупции — апофеозе казнокрадства.

Активная классическая коррупционная схема, уничтожающая государственность, — это приватизация: легализация ворованной общенародной собственности, как если бы она являлась субъектом, «приобретенным трудом».

Именно феномен приватизации общественно-государственной собственности является финалом тотального социального растления, формируя всепобеждающую коррупцию.

Но коррумпирована вовсе не Россия, ибо не в ней прячут «награбленное в процессе приватизации».

Капитал, нажитый «непосильным трудом», русские приватизаторы опасаются оставлять на родине.

Столица коррумпированного мира — Лондон. Именно там происходит необходимое для коррупции взаимопроникновение политики и финансов, а воры становятся политическими узниками и врагами тоталитаризма в ограбленной ими стране.

Британские же аристократы и столпы западной демократии входят в наблюдательные советы российских (арабских, китайских…) компаний, служа тем, кто обналичил общенародные месторождения. Получая астрономические зарплаты за то, что внедряют вывезенные капиталы в западное общество.

Бороться с коррупцией в России — приятное и увлекательное занятие: фотографируй дачи чиновников и выкладывай в интернете. Никто не вникает в суть связи британского лорда с проблемой труда и капитала в общенародном «нижневартовске».

Однако пора осознать: коррупция — это единственное, что является действующей международной договоренностью.

Главы государств, не принимающие «правил игры», либо уничтожаются (чаще политически), либо должны иметь возможность отгородиться «железным занавесом».

Перед человечеством стоит мрачная проблема: если устранить коррупцию — уйдет единственная скрепа, которая все еще держит мир.

Сегодня банки уже не в силах повысить процент по вкладам. Финансовые пузыри прокалывают и надувают вновь. Экономика не поднимается. Холодная война, ролевые политические игры и даже уличные революции — это развлечения для «холопов», фантазирующих о демократии и либерализме или об обновленной Отчизне и патриотизме.

Но победы не будет ни у кого, так как вселенская игра в коррупцию не должна остановиться, ибо других механизмов у общества нет.

Никто — по крайней мере пока — не собирается устранять механизмы мировой коррупции.

Точно так же, как за все годы войны в Афганистане никто (и СССР) не уничтожил, не уничтожает и не собирается уничтожать центры производства наркотиков.

Вот такая мрачная реальность.

Но вернемся к примитивному казнокрадству.

Оно — по крайней мере до тех пор, пока деньги являются средством накопления, — неистребимо. Но его можно и жизненно необходимо минимизировать, так как оно представляет угрозу жизнеспособности российской государственности.

Необходимое условие минимизации казнокрадства — «первая страница учебника» — реализация общеизвестных из мировой практики институциональных нормативно-правовых преобразований.

Россия, кстати, их признает. По словам В. Путина: «…сложившееся за последние годы антикоррупционное законодательство и практика его применения отвечают мировым стандартам».

Правда, в борьбе с этим злом велика роль СМИ, а у нас четвертая власть сама не прочь «попилить бабло» в интеграции с тремя другими ветвями.

Достаточное условие минимизации казнокрадства — перекрытие точек разветвления капитала на «целевые» и «теневые» потоки. Перекрытие «точек», в которых функция денег теряет регулярность: правильность, закономерность и точное соблюдение установленных правил.

Ведь казнокрадство (и коррупция) — это и есть использование госслужащим ресурсов и полномочий (переданных ему обществом и государством) с нарушением правил, законов и порядков.

А уж неправомочное использование ресурсов и полномочий — на постоянной основе — ведет к возникновению вожделенной административной ренты (взимание ренты госслужащими из бюджета государства, бюджета бизнеса и бюджета населения).

Ключевые «точки разветвления капитала» («точки искушения казнокрадством»):

I.Разгосударствление:

·             вывод за пределы государственной казны общенародного имущества, распределенного между государственными предприятиями и учреждениями;

·             вывод за пределы муниципальной казны общенародного имущества, распределенного между муниципальными предприятиями и учреждениями.

II. Приватизация — процесс передачи эффективной общенародной собственности в частные руки.

III. Бюджетные расходы в процессе перехода государственных (общенародных) денег:

·             в негосударственный сектор экономики;

·             в социальную сферу.

IV. Сокрытие капитала за границей (приоритетно через оплату экспортно-импортных сделок).

V. Обналичивание денег (ключевой источник взятки — детонатора казнокрадства).

Вторичные «точки разветвления капитала»:

·             Прямые инвестиции и кредиты от офшорных корпораций (как правило, «российских»).

·             Передача «в доверительное управление» капиталов (активов), отчужденных от казны министрами и депутатами, губернаторами, мэрами и сенаторами, армейскими, налоговыми, полицейскими и прокурорскими генералами, руководителями госкорпораций и прочим служивым людом.

·             «Бюджетное правило», отсекающее от казны общенародные деньги.

Надеемся, всем понятно, что выше указаны пути минимизации казнокрадства. Все видят, как Минфин и Банк России уже работают «не покладая рук».

Если они не поняли, еще подсказки:

I. Отнести к государственной казне все государственное имущество и все государственные деньги — и нераспределенные, и распределенные между государственными предприятиями и учреждениями — со структурированием их лишь в целях управления, но не распоряжения (провоцирующего казнокрадство).

II. Отнести к муниципальной казне все муниципальное имущество — и нераспределенное, и распределенное между муниципальными предприятиями и учреждениями — со структурированием его лишь в целях управления, но не распоряжения (провоцирующего казнокрадство).

III. Внедрить систему плановой (рекомендательной) экономики для сектора государственного (и муниципального) предпринимательства.

Вся прибыль от предпринимательской деятельности государственных (или муниципальных) коммерческих структур и банков — в пропорции доли государственной (или муниципальной) собственности — перечисляется собственнику, в федеральный (или муниципальный) бюджет.

Предпринимательская деятельность государственных (и муниципальных) структур финансируется в форме сметно-бюджетного ассигнования (или кредитования) на основании плана развития субъекта хозяйствования, утвержденного законодательными органами соответствующего уровня.

IV. Прекратить приватизацию государственных структур в сфере добычи природных ресурсов и банковской деятельности, заменив ее системой концессионных соглашений.

Преобразовать в концессии приватизированные предприятия в сфере добычи природных ресурсов и банковской деятельности. Провести налоговую амнистию и обязать появившихся «концессионеров» вернуть активы предприятий в российскую юрисдикцию.

V. Ввести монополию внешней торговли в области экспорта природных ресурсов и энергоносителей с перечислением валютных доходов в казну.

VI. Осуществлять бюджетное финансирование реального сектора экономики, преимущественно в форме бюджетного беспроцентного кредитования; социальной сферы — исключительно в форме адресных социальных выплат и программ.

VII. Запретить использование нерезидентов в управлении, владении и распоряжении активами на территории России.

VIII. И так далее, и тому подобное.

Если и этого недостаточно для Минфина и Банка России, то пусть ждут публикации второго цикла статей — «Самоидентификация России», в котором предлагаются решения фактических проблем России в целом и казнокрадства в частности.

Будущее России — без немедленной минимизации коррупции — «чиновничья олигополия» и прогрессирующая деградация.

Публичные оценки казнокрадства в России разнятся — от 10 до 100% размера российского бюджета. Оптимистичные оценки независимых экспертов показывают недостачу в размере 300 млрд долларов (85% бюджета).

Но даже 10% расхищаемых средств составляют почти 1,4 трлн руб. — значительно больше совокупных расходов на образование, здравоохранение и культуру.

Бесспорно одно: фактическое бессилие власти по минимизации расхищения казны диктуется соучастием в ней практически всех экономически активных российских граждан. Это около 15% населения страны:

·             «активные» казнокрады — деловитые госслужащие, управленцы госкорпораций и муниципальных предприятий (все — с привлеченными родственниками);

·             «пассивные» уклонисты — частные предприниматели, понуждаемые «правилами игры».

В наличии — системный подрыв жизнеспособности страны как раз той группой людей, которые уполномочены обществом на «принятие решений».

И в заключение переведем наши знания, Читатель, из пассива в актив.

Все знают, что нельзя унести с собой в загробный мир то материальное, чем мы владеем на этой земле.

Но одно дело — Знать, а совсем другое — что-либо делать со Знанием.

И вот уже все, кто может, ведут себя так, как будто смысл жизни — в накоплении материального богатства. Пусть и нечестным путем, хотя бы и за счет других.

Или не все? Или смысл жизни в другом?

Пока лишь отметим: материальные обретения человека приносят пользу только в той мере, в какой они отвечают законным потребностям его физического тела и содействуют развитию его души. В противном случае эти обретения постоянно отравляют жизнь опасением потерять… наворованное.

В принципе, деньги — как энергия. Они нейтральны по своей природе.

Когда они употребляются в позитивных целях — позволяют творить добро в своем окружении и содействовать счастью других. В этом смысле они действительно являются «хорошим слугой», хотя — всегда — «плохим господином».

Осуждению подлежат не деньги, а их неправедное обретение и аморальное использование.

Но… сколько ни кланяются образу Господню наши госслужащие и прочие подрядчики, божья заповедь «не укради» остается для них юморным артефактом (искусственно созданным объектом).

Опросы
Когда-то Курган был чистым, зеленым, ухоженным городом. Сейчас Курган вошел в десять самых грязных городов России и назван самым грязным городом Урала! Как Вы считаете, когда наш город стал таким?
1. Всегда был таким.
2. Последние 10 лет.
3. Последние 5 лет.
4. Последний год
Голосовать
Информеры
Яндекс.ПогодаКурсы валют болгарский лев